Скалолазам не нужна Олимпиада.

Но мы поучаствуем… я полагаю…

53963_900



Предисловие переводчика.

В связи с включением лазания в программу олимпийских игр в Токио 2020 множество людей, в той или иной степени имеющих отношение к лазанию, охвачены «олимпийской» эйфорией. Социальные сети пестрят картинками-фоточками с радостными физиономиями, high five, вот этим вот всем. Мне с самого начала эта идея с олимпиадой (здесь и далее «олимпиада» и производные пишутся со строчной буквы преднамеренно) не понравилась настолько, насколько это возможно, а полное отсутствие протестов против оболимпиаживания лазания вызывало у меня чувство, похожее на удушье. Случайно найденная статья Эндрю Бишарата оказалась большим глотком свежего воздуха в этом чаде олимпийского кутежа. После завершения перевод был «отложен в долгий ящик»; решение о публикации потребовало некоторого времени: по мере перевода обнаружился фундаментальный момент, по которому я категорически не согласен с автором. Читателю перед знакомством со статьёй следует иметь ввиду:

  1. Статья написана американцем и в значительной степени опирается на американские реалии: особенности освещения олимпиады компанией NBC, кочевой характер жизни скалолазов, часто встречающийся чрезмерный контроль родителей над ребёнком-спортсменом. В других странах реалии отличаются.
  2. Очевидно, автор является адептом примитивного мировоззрения, презирающего искусственный рельеф и безапелляционно считающего лазание на естественном рельефе абсолютным благом и единственным труъ-лазанием. Представители такого мировоззрения подобны тем альпинистам, что не признают лазание как самостоятельный спорт и считают его лишь скромной частью подготовки таких действительно крутых парней, как они. Они отказываются признать, что лазание на искусственном рельефе стало полноценным спортом и способно в полной мере, в отличие от лазания на естественном рельефе, обеспечить стандарты спорта. Впрочем, лазание на скорость — действительно отстой.



Неизбежные слухи о том, что скалолазание получает долгожданный поворот в свет прожекторов реалити-шоу, коим является Олимпиада, в конце концов стали реальностью, а я более чем равнодушен. Как саркастично отметил дока по части мемов, стоящий за Instagram-аккаунтом “Rawk Tawk”, в этот раз на фоне флегматичной мины Билла Мюррея: «Ах, я так рад, что скалолазание попало в программу Олимпийских игр. Теперь мы можем смотреть, как скалолазы, которые не могут курить траву, рассказывают миру о том, что лазание на скорость — это круто».

bill_murray_climbing
Источник изображения

Трава клёвая (по крайней мере, в Колорадо), а лазание на скорость — определённо нет, но это вряд ли две лучшие причины радоваться или огорчаться новостям о том, что лазание будет сиять, сиять, СИЯТЬ! в те 20 минут эфирного времени вне прайм-тайм, что NBC посвятит ему во время Игр в Токио 2020.

При более глубоком самоанализе я понял, что моя заурядная апатия по отношению к ситуации возникает из внутреннего конфликта, вызванного непониманием, как же к этому относиться.

С одной стороны, соревновательное лазание сейчас является полноценной дисциплиной. Даже если вы старый бородатый альпинист с ампутированными из-за обморожения пальцами ног, вы всё равно часть того же племени, что все саши диджулианы мира. Так что давайте все присоединимся и порадуемся за наших тщедушных, легковесных братьев и сестёр из соревновательного цикла, получивших возможность быть в центре всеобщего внимания.

Я искренне верю, что было бы саморазрушением, если не явной жестокостью, поддерживать протест против того, чтобы наш спорт с кочевым стилем жизни расширялся и становился в определённой степени стандартизированным олимпийским спортом. А что если это означает, что будет больше родителей-вертолётов*, заставляющих дошколят тренироваться на кампусе и заталкивающих сывороточный протеин в долбаные глотки своих детишек? Все слышанные мной распространённые опасения, что артистическая душа лазания будет растоптана олимпийским джаггернаутом, похоже, безосновательны. Олимпийский статус лазания не помешает вам выходить каждый уик-энд, как обычно, и участвовать в глубоко духовных личных «путешествиях», пытаясь отцепить самостраховку на станции мультипитча категории 5.9, так что не волнуйтесь на этот счёт.

Кроме того, это же Олимпиада! Золотые медальки и уйма коробок Wheaties**! Вот они мы!

С другой стороны, что скалолазы реально выиграют от включения своего спорта в разряд олимпийских?

Это фундаментальный вопрос, который, похоже, полностью замалчивается, пока все празднуют.

Это же Олимпиада! Само собой, мы выиграем от этого! — вот какова реакция…

В конце концов, включение лазания в Олимпиаду было апофеозом работы многих умных целеустремленных ребят, чья публичная миссия в течение десятков лет заключалась в «развитии спорта», крылатой фразе, что я слышу последние 15 лет, как минимум.

Но все мы знаем, что «развитие спорта» — это всего лишь иносказание заинтересованных лиц, означающее «Мы наконец-то станем богатыми и знаменитыми!». И мне отчасти кажется, что не менее половины радости от включения лазания в олимпиаду происходит от невысказанного умонастроения, что участники собираются получить богатство и славу от участия в Олимпиаде.

Собственно, я не имею ничего против частички подобной ментальности. Но вместе с тем я не верю, что Олимпиада станет спасением рынка, над которым, как я вижу, многие компании уже заламывают руки. Более того, Олимпиада не станет тем средством, что повысит спортивные стандарты лазания.

Извините за плохие новости, но Олимпиада вряд ли что-то изменит в лазании. В действительности, мы лишь проиграем от участия в ней, и вот несколько причин для этого.

Олимпиада нуждается в нас сильнее, чем мы в ней.

Зрительская аудитория Игр в Рио уже снизилась до 20% от игр 2012 года. Часть этого большого падения может быть приписана тому факту, что многие люди, чья молодость пришлась на 2000-е годы, «режут пуповину»: они сознательно сопротивляются навязчивому чувству, требующему подключить вещание Comcast*** по кабельному ТВ. Но отчасти это падение вызвано тем, что в действительности никому нет дела до видов спорта, о которых зрители слышат или думают раз в четыре года.

Главная причина того, что Международный Олимпийский Комитет предложил включить лазание в программу Игр (наряду с серфингом и скейтбордингом, которые больше похожи на образ жизни), в основном в том, что МОК видит эти виды спорта как способ вернуть себе поколение 2000-х. В свою очередь, теперь МОК может подкатить к крупнейшим спонсорам ожирения типа Колы и Макдоналдс и продемонстрировать, что вернули в их карман этот молодёжный сегмент аудитории.

«Мы хотим принести спорт молодёжи. С тем множеством возможностей, что есть сейчас у молодых людей, мы не можем ждать, что эти люди сами придут к нам» — вот что сказал Томас Бах, президент МОК.

Тут я должен удивиться, почему скалолазов принуждают участвовать в столь ужасном формате? Конечно же, я ссылаюсь на тот факт, что лазание получит лишь одну медаль в общем зачёте по трём совершенно несопоставимым по характеру дисциплинам: болдеринг, трудность и скорость. Мне даже не нужно объяснять, почему такой формат — отстой, просто представьте возмущение бегунов, если бы их заставляли соревноваться ради одной медали в общем зачёте в беге на 50 м, 800 м и на милю. Следуя такой логике, с тем же успехом можно добавить боулинг в качестве тай-брейка.

Первое правило переговоров гласит, что побеждает та сторона, которая сильнее хочет уйти от сделки. Думаю, скалолазное сообщество правильно разочаровалось в IFSC**** из-за того, что последняя заключила столь дерьмовую сделку с МОК. IFSC была столь ослеплена перспективой олимпийского золота, что продала спорт целиком и сделала огромную медвежью услугу атлетам, согласившись с беспрецедентным форматом, ненавидимым большинством скалолазов.

IFSC не поняла, как сильно МОК нуждается в нас, и как мало мы нуждаемся в них — вот почему один из величайших спортсменов современности Адам Ондра серьёзно намерен бойкотировать мероприятие. Превосходно. Кто как не он.

Освещение события будет возмутительно плохим.

Вам достаточно посмотреть на то, сколь отвратно NBC подаёт обывательской Америке нюансы, технику, подготовку и безумную трудность, что стоят за каждым из достижений мирового класса, имеющих место во время Олимпийских игр, чтобы представить себе, насколько ужасно они будут объяснять, что такое активник или V12, или как 5.14d — то же, что 9а, или почему расклад с расклиниванием колена не ведёт автоматически к вычету 10 очков (заметка на полях: а действительно, почему?), или почему никто из этих спортсменов не имеет никакого желания когда-либо взойти на Эверест.

Женская гимнастика — по многим показателям самый популярный из олимпийских видов спорта — последовательно уничижается освещением NBC до реалити-шоу, в котором сильфидоподобные молодые девушки в сверкающих костюмах преодолевают надуманные эмоциональные сюжеты, вымученные телепродюсерами. Затем без какого-либо обсуждения о том, что происходит, почему происходящее сложно и имеет значение, эти девушки, подаваемые как королевы красоты с мышцами, выходят на сцену и делают множество милых танцев, переворотов и всяческие коленца ради самоутверждения их тренеров, невозмутимых белых мужчин среднего возраста, забравших себе как минимум половину призовых.

И это самое популярное спортивное событие!

99% населения страны не знает названия ни одного из гимнастических упражнений или даже почему они сложны. Практически не существует принципиального признания того факта, что эти гимнасты со спортивной точки зрения впечатляют несравнимо сильнее, чем любой кроссфиттер, и что они делают намного более опасные вещи, чем любой боец без правил, или что они способны пережить эти упражнения лишь потому, что их навыки столь совершенны, и совершенство это является следствием тренировок в течение всей жизни (буквально).

Как поведал директор по маркетингу Олимпиады канала NBC Джон Миллер, зрители «менее заинтересованы в результатах и более заинтересованы в повествовании. Получается нечто вроде смеси из реалити-шоу и телесериала.»

Иными словами, освещение Олимпиады не имеет ничего общего с передачей нюансированной истории о том, что делает спорт уникальным и сложным, или с прославлением того, что делает атлетов такими фантастическими и невероятными. Вместо этого лишь продюсирование реалити-шоу.

Если скалолазы верят, что Олимпиада представит публике наилучшим образом то, что делает наш спорт столь невероятным, им стоит подготовиться к разочарованию.

Никто не станет богатым или знаменитым от участия в Олимпиаде.

Услышав новости о включении в программу Олимпиады этих новых видов спорта, крутой профессиональный горнолыжник Коди Таунсенд написал в Твиттере: «Поздравляю серфинг, скейтинг и лазание, вы в программе Олимпийских игр! [заметка на полях: ничего хорошего с вашим спортом в связи с этим не произойдёт.]»

Из любопытства я попросил Таунсенда объяснить, что он имел ввиду. Тот ответил, что его предостережение основано на негативных последствиях в лыжной индустрии, коим он был свидетелем, когда лыжный слоупстайл и хафпайп были включены в программу зимней Олимпиады в Сочи 2014.

«Естественно, многие звёзды фрирайда и относящиеся к нему компании были невероятно воодушевлены потенциалом Олимпийских игр,» — объяснил он. «Звёзды спорта мечтали о славе и богатстве, компании — об узнаваемости и доходах. Но почти ничто из этого не сбылось. Вопреки множеству обоснованных предостережений, высказанных изнутри (фрирайда — прим. пер.), я был свидетелем тому, как компании отвлекали массивные доли маркетингового бюджета на олимпийских спортсменов и маркетинговые инициативы. С 2014 года исследования рынка показали, что эти инициативы дали нулевой прирост. Бытие фрирайдеров не улучшилось, продукция не не продаётся быстрее, и чёрт возьми, некоторые из топовых райдеров потеряли топ-спонсоров за пару лет соревнований на самой большой спортивной арене.»

Он продолжал…

«Фактически, Snow Industry Association (Ассоциация индустрии зимних видов спорта — прим. пер.) подсчитала, что около 75% изменений рынка продиктованы погодой, что, похоже, делает инвестиции в инициативы по изменению климата более прибыльными, нежели олимпийские. Я хочу сказать, что Valley Uprising***** скорее всего сделал для скалолазания больше, чем Олимпиада когда-либо сделает. Чёрт возьми, моя мама, не лазавшая в жизни ни дня, посмотрела Valley Uprising и внезапно увлеклась этим спортом. Я не думаю, что несколько одетых в национальные цвета спайдерменов на цветном пластике хотя бы близко смогут вызвать такой же отклик и так же привлечь внимание к лазанию, как смог этот великолепный фильм.»

Его совет:

«В общем, я лишь скажу, что спортсменам и компаниям, относящимся к скалолазанию, следует веселиться, наслаждаться Олимпиадой, наслаждаться всеобщим вниманием, но не инвестировать ни единого лишнего цента или килоджоуля усилий и ожидать эффекта от этих инвестиций.»

Мы уже оказались на коробке Wheaties.

На этой волне отмечу, что беспокоюсь, что скалолазная индустрия и сами спортсмены будут настолько ошеломлены золотой медалью, что забросят наши базовые ценности. Основываясь на том, что уже произошло и, как мне видится, продолжит происходить в следующие четыре года, ведущих к Токио, я беспокоюсь, что в спешке «развития нашего спорта» мы потеряем видение того, что действительно делает лазание прекрасным.

Нам не нужно умалять наших атлетов до исполнения роли ряженых обезьян, болтающихся на пластиковых зацепах. Нам не нужно превращать наш спорт в реалити-шоу или соревнование популярности для того, чтобы сделать лазание интересным. И нам не нужно подтверждение того, что лазание — величайший спорт на Земле, поскольку мы и так знаем это.

Иными словами, нам не нужна Олимпиада.

Джерри Моффетт как-то сказал, что променяет любую из этих соревновательных побед на первопроход. Я надеюсь, что в следующие четыре года Ашима Шираиши не потратит много времени на тренировки скоростного лазания. Де-факто, я надеюсь, что она вообще не потратит сколько-нибудь времени на скоростное лазание. Я надеюсь, она поедет на природу и использует свою креативность, видение, навыки и талант для прокладывания первой в мире 5.16.

То, что Томми Колдвелл уже появился на коробках Wheaties — пустяк, и это не потому, что выиграл олимпийское золото. Как он туда попал? За одно из сложнейших и наиболее заметных восхождений биг-волл нашего времени.

Давайте вместо олимпиады сосредоточимся на развитии спорта таким путём.

Эндрю Бишарат, 23 августа 2016.


Примечания.

* Родители-вертолёты (helicopter parents) — родители, «зависающие» над ребенком, контролирующие каждый его шаг.

** Wheaties — бренд хлопьев для завтрака, производимых компанией General Mills. Известны тем, что размещают на коробках изображения известных спортсменов (https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_athletes_on_Wheaties_boxes).

*** Comcast Corporation — американский СМИ-конгломерат и крупнейшая в мире по доходам радиовещательная и телевизионная компания.

**** IFSC (International Federation of Sport Climbing) — Международная Федерация Спортивного Лазания.

***** Valley Uprising — документальный фильм, вышедший в 2014 г. и посвящённый становлению и развитию скалолазания в США.

Реклама